1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 (0 Голосов)

«Неведомая Монголия – страна магнитных бурь, ложных солнц и крестовидных лун».

(Н.К. Рерих. «Алтай – Гималаи».)

Монголия

Эта страна подразделяется на две неравные части: горы на севере и пески во всех других местах. Котловина Больших Озер  в Алтае и Пустыня Гоби . Население распределяется так же непропорционально, только в обратную сторону: у озер, среди которых и крупнейшее в Монголии, Убсу-Нур, и младший брат Байкала (по рельефу дна и происхождению) Хубсугул, народ, естественно, живет плотнее.

Провожая нас в дальнейший путь, очарованные живописным караваном девушки даже совершили над ним обряд помазания кумысом. За неимением лошадей и стремян на них омыли конским молоком автомобильные пороги, чтобы не вязли в коварных песках. Вообще, российская процессия вызвала в Котловине сильный ажиотаж, хотя иностранцев здесь, как видно, бывает не так уж мало…

Котловина больших озер

«Сходятся самые разнообразные люди, ладакцы, кашмирцы, афганистанцы, тибетцы, асторцы, балтистанцы, дардистанцы, монголы, сарты, китайцы, и у каждого есть свой рассказ, выношенный в молчании пустыни».

(Н.К. Рерих. «Сердце Азии».)

Вообще, за время поездки нам встретилось множество путешественников со своими нетривиальными историями. Еще в районе Новосибирска навстречу попался желтый джип с двумя загоревшими и пропыленными поляками на борту. Они провели в Монголии два месяца, разыскивая – конечно же, безуспешно – следы экспедиции Бенедикта Поляка, который ходил по дальней Азии еще до Марко Поло. Поляков изначально было четверо, а машин две, но в клубах гобийской пыли они потеряли друга и теперь следовали домой по отдельности, в надежде на свидание в Варшаве. У братьев-славян не имелось ни раций, ни навигационных приборов GPS, что показалось нам тогда чистым безумием, но после одного дня монгольских дорог мы поняли, что и при наличии этих средств связи там не сбиться с пути невозможно…

Еще был долговязый англичанин, подсевший к нам в гостиничном кафе у Больших озер, – он благополучно заканчивал свой хич-хайкинг по Монголии и возвращался к пакистанским детям преподавать английский. В степи попался дуэт велосипедистов из Сан-Франциско. Тут и там бродили группы молодых израильтян – и все они оказывались недавно демобилизованными ветеранами ближневосточного конфликта, которые захотели провести первый гражданский отпуск в максимальном удалении от войны. Под барханом в предгорье Хонгорын-Элс отдыхала молодая пара австралийцев, прекрасная половина которой носила простое австралийское имя Наташа…

«Если важно было ознакомиться с ойротами и староверами, то еще значительнее было увидеть монголов, на которых сейчас справедливо обращен глаз мира. Ведь это та самая Монголия, при имени которой жители древних туркестанских городов, покидая дома в страхе, оставляли записки: „Спаси нас Бог от монголов“. А рыболовы Дании боялись выходить в море, настолько мир был наполнен именем страшных завоевателей».

(Н.К. Рерих. «Сердце Азии».)

На пограничном переходе Ташанта– Цагаан—Нур наши пестрые автомобили окружила не менее пестрая компания из восьмерых монголов с пятью тюками барахла. Все они вывалились из одного УАЗика той породы, представителей которой в нашем народе обычно называют «козлами». Получив ответы на все свои вопросы, общительные «челноки» так и не смогли понять, зачем мы просто так едем.

«Если люди месяцами путешествуют, то когда же они работают?» Мы, впрочем, тоже кое-чего не смогли понять. Какая польза этим людям от того, что они сфотографировались на фоне наших автомобилей нашими же аппаратами – ведь снимки им все равно не достанутся? Впрочем, пассажиры УАЗика остались вполне довольны и поспешили куда-то на своем тарантасе – очевидно, хвастаться.

После этого и вплоть до самой китайской границы мы были нарасхват. У каждой юрты нас готовы были накормить бузами (монгольскими пельменями с бараниной). Напоить архи – местной молочной водкой. Покатать на верблюдах. Дать в дорогу ааруула – сушеного творога.

А юрт, абсолютно одиноко стоящих, встречалось множество. И в каждой – привет староверам – имелись солнечные батареи и спутниковое телевидение. Возле дорог – обычны гуанзы, придорожные кафе, где хозяйки, облаченные в запашные ватные халаты – дэли, за считанные секунды стряпают лапшу с бараниной (не знаю, захочется ли мне когда-нибудь еще раз попробовать это блюдо). Кстати, мужчины одеваются совершенно так же, как женщины. Только в случае особой жары вытаскивают руки из халата, и верхняя его часть остается висеть на поясе.

Юрта. Монголия

Юрта с солнечной батареей

Между прочим, подобный «фокус» известен и тибетцам. Узнав, что мы следуем в Тибет, наш монгольский проводник долго доказывал, что тибетцы – это те же монголы, только «отколовшиеся». Действительно, у них много общего в бытовой культуре…

«Едем на моторах через мелкие реки по весеннему бездорожью. Именно по десять поломок в день. Если проехать семьдесят миль, то уже день счастливый, а то и двенадцать миль не сделать… Два обстоятельства пришлось запомнить. Первое, что существующие карты очень относительны. А второе, что местным проводникам не следует очень доверять».

(Н.К. Рерих. «Алтай – Гимали».)

По сей день передвигаться по монгольским дорогам можно только на внедорожной технике и все-таки с проводником, знающим местный язык (монголы в большинстве своем не говорят ни по-русски, ни по-английски). Говоря «дороги», я подразумеваю «направления», то есть беспорядочно пересекающиеся накатанные колеи, каждая из которых в любой момент может прерваться в «чистом поле». Асфальтированных же шоссе в стороне всего два, вернее – полтора. Одно, еще не достроенное, высокопарно называется Дорогой тысячилетия и должно вскоре перерезать страну поперек, а второе ведет от северной границы к Улан-Батору.

С точки зрения человека западного, но намотавшего уже несколько сот километров по Монголии, ее столица – просто оазис цивилизации, другое государство, в котором живут другие монголы. Полиция борется с рекламой спиртных напитков на уличных щитах и в общественном транспорте. Вещают музыкальные радиостанции FM-диапазона, и среди них даже одна русскоязычная – «Пульс-радио». А в главном буддийском монастыре страны, Гандане, на заднем дворе под присмотром просветленных и умудренных лам маленькие «ламята» в длинных красных платьях играют в футбол. Но стоит только миновать юрточные окраины…

РЕКОМЕНДУЕМ ПОЧИТАТЬ:

Марианская впадина

Алтай. Плато Укок. Пазырыкская женщина и первые ворота в Шамбалу

Сад Миллеса

Алтай. Серпантин Чуйского тракта. Ледник Актру


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить