1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 (0 Голосов)

Недавно по Первому каналу российского телевидения показывали репортаж из Японии – презентацию роботов, предназначенных на роль «электронного друга» для одиноких людей. В зале, среди бизнесменов в официальных костюмах, сразу бросалась в глаза стайки грациозных женщин в ярких кимоно с высокими прическами и цветами в волосах. Электронный друг – это, конечно, хорошо, но любой предусмотрительный японец знает, что без гейш презентация непременно будет скучной и провальной. 

Твой тонкий стан

Стройнее юной ивы

Нарядный пояс повязан высоко.

Без ложного стыда

Заигрываю на глазах у всех.

Автор этих строк – Рубуко Шо – знает толк в женщинах. И если он не стесняется прямо на улице пристать к юной деве, то лишь потому, что ее высоко подвязанный пояс ясно говорит о принадлежности хозяйки к клану дзеро – жриц любви. Вздумай сластолюбец так вести себя с гейшей, он, пожалуй, нарвался бы на скандал. Почему? Потому что гейша, вопреки распространенному мнению, не совсем проститутка, и даже совсем не проститутка. Как же так? – спросите вы. А вот послушайте.

гейши за чаем

Гейши за чаем и сакэ

В прежние времена в городах Японии продажных женщин собирали в специально отведенные места, которые окружались крепостной стеной и рвом с водой. В древнем Токио таким «сексуальным гетто» был квартал Есивара. Власти при этом имели свои резоны. Они получали возможность контроля за гостями веселого квартала и ограничения срока их пребывания в квартале одними сутками, а также гарантии соблюдения законности при найме женщин. Официально торговля живым товаром была запрещена, но для содержателей веселых кварталов делалось исключение: считалось, что они берут девочек для «десятилетнего обучения». Правительство назначало специальных чиновников для наблюдения за порядком в Есивара. Легко предположить, что эти чиновники зачастую получали взятки в весьма своеобразной форме.

В Есивара можно было прийти в квартал пешком, можно было нанять паланкин, но удобнее всего был путь по воде, ибо Токио был пронизан сетью речушек и каналов. Длинные узкие лодки, на которых добирались до Есивара, были двухместными. Пассажир располагался на удобном мягком матраце и мог воспользоваться подносом с курительными принадлежностями, лодочник с шестом прокладывал дорогу среди других таких же лодочек.

Для мужчин вход в Есивара был свободный, женщинам же следовало иметь специальный пропуск.

Мечтой токийца было «постучать в большие ворота», что означало откупить целиком весь квартал, в котором подчас обитало от трех до пяти тысяч женщин. Но чаще всего кутилам удавалось откупать отдельные заведения внутри Есивара лишь на сутки. Среди заведений веселого квартала были и маленькие, не слишком дорогие, где за решетчатыми ставнями можно было увидеть восседавших, как на витрине, обитательниц; были и дорогие дома с плотно закрытыми ставнями, где красавицы были затворены в своих гостиных, лишь слава о них гремела по всему городу. Словом, каждый гость мог выбрать заведение соответственно своему вкусу и кошельку.

Для обитательниц веселых кварталов в японском языке существовало много названий: дзеро («девицы»), кэйсэй («сокрушающие стены»), юдзе («девы веселья»).

«Гейшами» тогда называли артистов (певцов, танцоров, рассказчиков) – и мужчин, и женщин. Будучи непременными участниками увеселений, они жили и в пределах самого квартала Есивара, и за его стенами.

В квартале страсти существовала своя иерархия. Выше всех по положению стояли ойран или таю, одновременно в квартале их бывало не более десятка. Подающих надежды девочек владельцы заведений с самого юного возраста обучали и воспитывали в надежде вырастить ойран. С кандидатками занимались лучшие учителя музыки, танца, каллиграфии.

При том, что гость платил деньги (и немалые!), окончательное решение, разделить ли с ним ложе, всегда было за ойран.

От ранга гетеры зависела и оплата. Иногда это порождало довольно специфические проблемы. Послушайте снова Рубуко Шо:

Волнуется красавица таю —

Сумею ли ранг оплатить?

Не оттого ль удваивает стоны?

Ветер ласкает губами

Темно-алую щель.

Для того чтобы «разогреть» гостя перед посещением ойран, и приглашались гейши. Они наливали гостю вино, пели и танцевали для него, но «Только без рук!»

Девы веселья и внешне отличались от обычных женщин: их прически украшало неимоверное количество драгоценных шпилек, они не носили носков, ибо голая пятка, похожая на очищенную луковку, считалась необычайно привлекательной.

Мемуары состарившихся дзеро пользовались большим успехом. Одна из самых знаменитых повестей под названием «Женщина, совершенная в любовной страсти» живо рисует нравы веселого квартала:

«Опытного гостя не проведешь, а вот новичок, разыгрывающий бывалого кутилу, смутится и оробеет. Даже в постели он будет бояться лишний раз шевельнуться, а если рискнет раскрыть рот, то голос у него задрожит от смущения.

Но мы на неопытного новичка не очень сердились. Конечно, вначале, когда он разыгрывает бывалого знатока, его нет-нет да и подденешь. Принимаешь его с церемонной вежливостью, будто даже пояс при нем неловко развязать. Потом прикинешься спящей. Он к тебе прильнет, ногу на тебя закинет, а ты не откликаешься. Взглянуть на него, так просто смех берет! Корчится весь в поту. А рядом на постели такое творится! То ли там старый дружок, то ли с первого раза гостя так ловко расшевелили...

Слышится голос дзеро: “О, вы не такой тощий, как можно подумать”. Мужчина, не церемонясь ни с ширмами, ни с подушками, расходится все более. Девушка невольно всплакнет по-настоящему. Летят подушки... Раздается хруст сломанного гребня...

На другом ложе начинают щекотать сладко разоспавшегося мужчину: “Уже скоро рассветет, пора расставаться”. Мужчина спросонок отзывается: “Прости, пожалуйста! Я больше не могу...” “Вы о чем? О вине?” А он нижний пояс распускает. Вот любвеобильный мужчина! Это для нас, дзеро, настоящее счастье! Кругом все радостно проводят время».

Однако, хотя запрет на проституцию вне стен Есивара продолжал действовать, никто и никогда не мог остановить нелегальный бизнес.

Постепенно все женщины, решившие на свой страх и риск заняться секс-индустрией, стали собираться в районе Фукагава. На берегу реки Фукагава появилось множество «Домиков у причала» – укромных местечек для свиданий. Женщины, селившиеся в Фукагава, не могли именоваться дзеро, и тогда они стали называть себя гейшами.

домик для свиданий

Домик для свиданий

Гейши Фукагава, как правило, работали парами, сопровождая гостя в прогулках, на пирах и во всевозможных увеселениях. По сравнению с затворницами Есивара, гейши Фукагава пользовались гораздо большей свободой и сами распоряжались заработанными деньгами.

Скоро образ гейши, идеальной возлюбленной, прочно вошел в литературу и живопись, соперничая с образом ойран.

И до сих пор без гейш в традиционных японских платьях не обходится ни одна презентация, ни один прием почетных гостей. Ведь каждый мужчина мечтает познакомиться с «женщиной, совершенной в любовной страсти», как бы она себя ни называла...

Источник: Первушин А.И, Первушина Е. "Тайны Мировой истории"

 


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить