1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 (0 Голосов)

В журнале "Вестник Академии военных наук" №1 за 2016 год опубликована статья бывшего советского надзирателя Межсоюзной тюрьмы Шпандау, профессора Академии военных наук А.Н.Плотникова "Материалы расследования в тюрьме Шпандау фальсифицированы?" Суть исследования следующая:

17 августа 1987 г. в Межсоюзной тюрьме Шпандау в Западном Берлине единственный из остававшихся там заключенных — бывший заместитель Гитлера по партии Рудольф Гесс, он же заключенный №7 покончил жизнь самоубийством. Расследованием обстоятельств смерти занималось Бюро специальных расследований британской Королевской военной полиции. В 2013 году результаты расследования были рассекречены и опубликованы в сети интернет на сайте правительства Великобритании.

Анализ опубликованных материалов показывает, что часть из них сфальсифицирована, а документ, называемый "предсмертная записка" не является той запиской, которую извлекли из карманов заключенного после его смерти.

Первый лист промежуточного доклада Бюро специальных расследований британской Королевской военной полиции от 25 августа 1987 года.

Почти 30 лет назад 17 августа 1987 г. в Межсоюзной тюрьме для военных преступников Шпандау в Западном Берлине (или просто МТШ) единственный из остававшихся там заключенных — бывший заместитель Гитлера по партии Рудольф Гесс, он же заключенный №7 покончил жизнь самоубийством.
Свидетельство о констатации смерти Рудольфа Гесса

За прошедшее время в мировой прессе много говорилось о возможной причастности к смерти заключенного №7 одной из мировых специальных служб. Однако убедительных доказательств этого нигде приведено не было. Не будем ловить черную кошку в темной комнате, особенно, если ее там нет. Я предлагаю просто внимательно прочитать материалы официального расследования смерти Рудольфа Гесса, проведенного в августе-декабре 1987 года сотрудниками 14 отделения 93 отдела Бюро специальных расследований Королевской военной полиции Британской рейнской армии. Через 25 лет материалы расследования были рассекречены и опубликованы в интернете 12 марта 2013 г. Сегодня они доступны всем желающим на сайте правительства Великобритании по адресу https://www.gov.uk/government/publications/royal-military-police-investigation-reports-into-the-death-of-rudolf-hess-allied-prisoner-no-7-in-spandau-prison-berlin-1987.

Напомню, что Межсоюзная тюрьма Шпандау начала свою деятельность в 1947 году, когда в нее были переведены осужденные в Нюрнберге Международным военным трибуналом военные преступники Гесс, Функ, Редер, Ширах, Шпеер, Нейрат, Дениц. Управление и охрана тюрьмы были возложены на четыре союзные державы — победительницы во Второй мировой войне: Великобританию, Францию, СССР, США. Руководство МТШ осуществлялось Дирекцией тюрьмы и каждую сторону представлял директор. Для несения внешней охраны тюрьмы каждая сторона на месяц выставляла военный караул. Первого числа каждого месяца происходила смена председательствующего директора и караулов наружной охраны тюрьмы. Внутри тюрьмы посменно круглосуточно несли дежурство 3 надзирателя — по одному от союзной державы. У одной из сторон - выходной. Таким образом на смене постоянно находились представители трех стран. 17 августа 1987 г., когда заключенный был обнаружен с электрическим кабелем на шее, выходной день был у советских надзирателей. Из тюрьмы заключенный №7 был доставлен в британский военный госпиталь в Западном Берлине. Однако все усилия по реанимации оказались тщетными и была констатирована смерть заключенного.

Промежуточный доклад Королевской военной полиции сделан 25 августа 1987 г. Заключительный доклад датирован 11 сентября 1987 г. Дополнительный доклад представлен 20 января 1988 г. К докладам приложены материалы опросов (или заявлений) всех непосредственных участников событий 17 августа, а также различные схемы, справки, фотографии, результаты экспертиз. Фамилии большинства опрашиваемых свидетелей в опубликованных материалах полиции закрашены и заменены номерами. Исключение сделано для общественных персон, имена которых скрывать невозможно: директоров Межсоюзной тюрьмы Шпандау, начальника британского военного госпиталя в Западном Берлине. Однако наличие номеров не влияет на внимательное изучение материалов.

В пункте 8 промежуточного доклада читаем: "Примерно в 15.35 машина скорой помощи отправилась в британский военный госпиталь со следующими лицами: заключенный МТШ №7, подполковник 6, г-н 19 (гражданский санитар, работающий в тюрьме), 5, г-н 8 (США) и г-н 20 (Франция) — оба тюремные надзиратели".

Выдержка из промежуточного доклада полиции

Необходимо пояснить, что американский надзиратель господин 8 заступил на смену в качестве старшего дежурного надзирателя, а французский надзиратель г-н 20 — в качестве надзирателя возле заключенного. Поэтому они должны сопровождать заключенного в госпиталь и всюду в госпитале, это их обязанности.

Начальник британского военного госпиталя полковник Хамер-Филип в заявлении, сделанном им 20.08.1987, указывает, что при помещении тела заключенного №7 в холодильную камеру после констатации смерти 17.08.1987, на нем была оставлена одежда, однако полковник изъял из карманов некоторые предметы и сложил в конверт. Хамер-Филип отмечает также, что при упаковке конверта присутствовал советский военный врач, наблюдавший Гесса в МТШ.

После этого появляется первый вопрос: "Почему вещи заключенного собирал начальник госпиталя? Почему при этом не присутствовали союзные надзиратели г-н 8 и г-н 20, которые, как мы знаем, тоже приехали в госпиталь? Ведь все действия с вещами заключенного относятся к компетенции надзирателей. В заявлении американского надзирателя г-на 8 от 21.08.1987 говорится, что после прибытия в госпиталь он передал заключенного №7 на попечение британских медицинских властей. Это нормально. Задача старшего дежурного надзирателя организовать оказание помощи. Непосредственно присутствовать рядом с заключенным должен второй надзиратель - г-н 20. Показания этого надзирателя приведены в заключительном докладе. Однако в его показаниях от 1.09.1987, представленных в интернете, есть только общие фразы о работе в МТШ и ни одного слова о событиях 17 августа. Создается впечатление, что г-н 20 в этот день вообще отсутствовал на работе.

Внизу заявления стоит также фамилия, а точнее число, которым обозначен следователь, который вел опрос. У большинства опрошенных это числа 14, 47 или 62. Опрос г-на 20, если верить опубликованному документу, вел следователь 49. Но под номером 49 в документах расследования проходит другой французский надзиратель, а никак не следователь полиции. Можно предположить, что за показания французского надзирателя г-на 20 пытаются выдать показания одного из советских надзирателей, у которых 17 августа был выходной и они отсутствовали в тюрьме.

Перечень документов, содержащихся в заключительном докладе Королевской военной полиции от 11.09.1987. Видно, что на стр. 18 располагаются показания французского надзирателя г-на 20, а на странице 19 — показания французского надзирателя г-на 49

Показания, данные якобы французским надзирателем г-ном 20. Внизу подпись следователя Королевской военной полиции, якобы г-на 49. Но в материалах следствия г-н 49 проходит как французский надзиратель, который сам давал показания. Кроме того, в показаниях господина 20 - одного из главных свидетелей нет ни слова о событиях 17 августа 1987 г.

Показания французского надзирателя г-на 49, который на показаниях г-на 20 обозначен как следователь Королевской военной полиции.

В подтверждение версии о фальсификации показаний французского надзирателя говорит и дата, стоящая на протоколе опроса г-на 20 — 1.09.1987. Британские следователи могли в любое время пригласить на беседу британских надзирателей МТШ. Но для надзирателей других стран действовало жесткое правило дипломатического протокола: опрос велся через переводчика и только в присутствии своего директора МТШ. Организовать такое мероприятие в любое время по желанию следователей не возможно, оно согласовывалось заранее. Поэтому опрос всех французских надзирателей происходил 26 августа 1987 г. А 1 сентября следователи беседовали с советскими надзирателями. В связи с этим встает вопрос: кому и зачем нужна была такая подтасовка показаний?

Таким образом, анализ опубликованных на сайте правительства Великобритании материалов расследования, проведенного Королевской военной полицией в Межсоюзной тюрьме Шпандау в 1987 году по факту самоубийства заключенного №7 Рудольфа Гесса, свидетельствует, что:

Показания (Statement) французского надзирателя, который должен был находиться рядом с заключенным №7 в британском военном госпитале 17 августа 1987 г. и обозначенного в материалах следствия как господин 20, приведенные на странице 18 заключительного доклада полиции от 11.09.1987, полностью фальсифицированы.

Почти 30 лет назад 17 августа 1987 г. начальник британского военного госпиталя в Западном Берлине полковник Хамер-Филип при помещении тела заключенного №7 в холодильную камеру после констатации смерти, изъял из карманов некоторые предметы и сложил в конверт. Это были: носовые платки, часы, гребешок, коробка для лекарств, два футляра для очков с очками и несколькими авторучками и "одно письмо, написанное на немецком языке и состоящее из одной страницы написанного синими чернилами на обычной белой бумаге".

Первый лист показаний начальника британского военного госпиталя в Западном Берлине полковника Хамера-Филипа.

Второй лист показаний полковника Хамера-Филипа с перечислением предметов, извлеченных из карманов Рудольфа Гесса. Последним в перечне указано письмо.

В пункте 14 промежуточного доклада Королевской военной полиции говорится:

"...властям было сделано предложение направить на экспертизу предсмертную записку заключенного №7, обнаруженную у него в британском военном госпитале".

Под властями здесь подразумеваются директора тюрьмы Шпандау, т.к. предсмертная записка находилась у них, а не у полиции. И полиция рекомендует отправить на экспертизу именно записку, обнаруженную в госпитале. А что же отправили на экспертизу?

В пункте 4 заключительного доклада полиции читаем:

"Во вторник 25 августа 1987 г. в Межсоюзной тюрьме Шпандау эксперт отдела спорных документов лондонской правительственной химической лаборатории (CornwallHouse, WaterlooRoad, LondonSE1 8XY) г-н ___ провел сравнение "предсмертной записки" (исследуемого письма) с известными письмами заключенного. Он также проверил шесть авторучек, найденных в одежде заключенного после смерти. Г-н ___ заявил, что хотя его экспертиза проведена не в лабораторных условиях, и он обладает ограниченными знаниями немецкого языка, в частности особенностей, свойственных именно старому немецкому стилю письма, тем не менее, по его мнению, отмечаются области сходства вместе с подробными характеристиками, которые являются характерными для писавшего. Это не дает никаких оснований сомневаться в том, что автор сомнительного письма – заключенный №7. Копия рукописной записки, машинописная версия записки и перевод на английский язык прилагаются к данному докладу".

Фамилия специалиста-почерковеда в опубликованном докладе закрашена и ему не присвоен никакой номер. Но в прилагаемых к полицейскому докладу показаниях самого специалиста от 26.08.1987, он уже фигурирует как г-н 48. Специалисту-почерковеду были представлены для сравнения несколько страниц из блокнота для записей заключенного №7, подлинность которых не вызывала никакого сомнения, а также спорный документ. Этот документ британский эксперт описывает уже как двух-страничное машинописное письмо, первую страницу которого он и исследовал. Эксперт отмечает, что на передней части этой страницы вверху синими чернилами была сделана запись "Veantwortet 14.VIII". На задней части также синими чернилами была выполнена сама записка.

Однако двух-страничное машинописное письмо уже совсем не похоже на рукописную записку, сделанную на одном листе обычной белой бумаги, которую вкладывал в конверт начальник британского военного госпиталя полковник Хамер-Филип.

О том что, что для исследования представлялся не один лист, а больше, говорится и в пункте 11 показаний эксперта, где указано, что исследуемые записи располагаются "на передней и задней стороне страницы 1 исследуемого документа".

Вывод напрашивается вроде сам собой: "предсмертная записка" - подделка, а эксперт проводил исследования не честно. Однако посмотрим внимательно на само заявление британского эксперта, состоящее из трех страниц. Если заявления всех остальных свидетелей составлены на стандартных бланках, вверху которых типографским способом напечатано STATEMENT или ЗАЯВЛЕНИЕ, то первый лист заявления британского почерковеда выполнен на листе обычной бумаги, вверху которого машинописным способом напечатано STATEMENTOFWITNESS или ЗАЯВЛЕНИЕ СВИДЕТЕЛЯ. На всех листах показаний свидетелей отпечатано STAFFINCONFIDENCE, и только на первом листе показаний почерковеда такой отметки нет. Второй и третий листы заявления соответствуют всем стандартам. Для наглядности можно сравнить оформление первого листа показаний почерковеда с протоколом показаний Хамера-Филипа.

Можно сказать, что показания британского специалиста-почерковеда сформированы из двух частей: первого листа, отпечатанного на пишущей машинке на листе обычной бумаги, и второго-третьего листов, оформленных на стандартных бланках полицейского опроса. Что из этого является истиной, а что подделкой?

Стоит также отметить, что запись на первой странице исследуемого спорного письма, цитируемая как "Veantwortet 14.VIII", следует читать как "Beantwortet 14.VIII", что на немецком языке означает "Отвечено 14 августа". Заключенный №7 имел обычай делать пометки о своем ответе на получаемых им письмах. Порядок в переписке он уважал. Вероятно, британский специалист действительно не был знаком с немецким языком, и принял рукописное старонемецкое написание буквы В за V. Сходство на самом деле есть. А может ошибка сделана кем-то сознательно, чтобы всем было понятно: эксперт языка не знал, даже элементарное слово не понял, оборудования для исследования у него с собой не было, условия исследования были далеки от идеальных. Соответственно никаких претензий к эксперту за его работу быть не может! Но ведь Королевская военная полиция, а за ней и весь мир приняли три листа кем-то составленного документа под названием "Заявление свидетеля" за неоспоримое доказательство подлинности "предсмертной записки" заключенного №7. Но кто же вел опрос почерковеда? Подпись следователя Королевской военной полиции, принявшего данное заявление, отсутствует. На заявлениях всех других свидетелей подписи британских следователей стоят. Поэтому, вероятнее всего, подделкой является вторая часть показаний эксперта-почерковеда, в которой и сформулированы выводы.

Первый лист показаний британского эксперта-почерковеда. В пункте 3 описывается документ, полученный им для изучения. Видно, что форма листа показаний отличается от всех других, имеющихся в деле.

Второй лист показаний британского специалиста-почерковеда. В пункте 11 еще раз говорится о первой странице исследуемого документа. Этот лист показаний уже выполнен на бланке и по форме соответствует другим листам показаний, имеющимся в деле.

Третий лист показаний британского специалиста-почерковеда. В заключении отсутствует обязательная подпись следователя, принявшего показания.

Таким образом, анализ опубликованных на сайте правительства Великобритании материалов расследования, проведенного Королевской военной полицией в Межсоюзной тюрьме Шпандау в 1987 году по факту самоубийства заключенного №7 Рудольфа Гесса, свидетельствует, что:

Показания (Statement of Witness) британского специалиста-почерковеда, проводившего анализ предсмертной записки заключенного №7, приведенные на страницах 12-14 заключительного доклада полиции от 11.09.1987, с большой вероятностью фальсифицированы, по крайней мере частично.

Из предыдущего материала нам уже известно, что 17 августа 1987 г. начальник британского военного госпиталя в Западном Берлине полковник Хамер-Филип при помещении тела Рудольфа Гесса в холодильную камеру после констатации смерти, изъял из карманов некоторые предметы и сложил в конверт. В том числе и "одно письмо, написанное на немецком языке и состоящее из одной страницы написанного синими чернилами на обычной белой бумаге".

Тело Рудольфа Гесса в морге британского военного госпиталя в Западном Берлине. Рядом сын Вольф-Рюдигер Гесс

Хамер-Филип отмечает также в показаниях, что при упаковке конверта присутствовал советский военный врач, наблюдавший Гесса в МТШ. Начальник британского военного госпиталя запечатал конверт и в тот же день передал его американскому директору МТШ г-ну Кину, который являлся в то время председательствующим директором тюрьмы.

Попробуем дальше уточнить, а что сделал американский директор МТШ г-н Кин с конвертом, полученным от начальника госпиталя? В своих коротких показаниях, сделанных 3.09.1987, г-н Кин говорит о своем подчиненном - надзирателе Джордане и дает ему высокую оценку. Но он ни слова не упоминает о конверте с вещами заключенного, полученном им от начальника британского военного госпиталя.

Показания американского директора МТШ господина Кина

В промежуточном докладе полиции по поводу обнаруженной записки говорится что "после поступления в британский военный госпиталь в одежде заключенного МТШ №7 была найдена одна страница рукописного письма в форме предсмертной записки".

Информация о предсмертной записке в промежуточном докладе полиции

Однако уже в заключительном докладе военной полиции можно прочитать:

"От подполковника в отставке А.Х.Ле Тиссьера – британского директора Межсоюзной тюрьмы Шпандау стало известно, что страница рукописного письма, считающаяся "предсмертной запиской", была извлечена из одежды заключенного №7 после его поступления в британский военный госпиталь. Это письмо, оставшееся у директоров МТШ, было предоставлено Бюро специальных расследований Королевской военной полиции и видно, что запись от руки сделана на обороте первой страницы печатного письма из двух страниц, полученного заключенным 29 июля 1987 г., после цензуры, от невестки госпожи А.Гесс, жены господина В.Р.Гесса – сына заключенного".

Описание записки в заключительном докладе полиции

Видно, что даже в разных докладах следствия предсмертная записка описана по разному, а главное — описание записки отличается от описания письма, которое упаковал в конверт начальник британского военного госпиталя полковник Хамер-Филип.

Описание предсмертной записки в показаниях полковника Хамер-Филипа

Что же говорит по поводу записки британский директор МТШ г-н Ле Тиссьер? В его показаниях от 24.08.1987 читаем:

"Во второй половине дня понедельника 17 августа 1987 г. я присутствовал в британском военном госпитале в Берлине, когда начальник госпиталя полковник Хамер-Филип передал господину Дарольду Кину, американскому председательствующему директору, запечатанный конверт, содержащий предметы, отличные от одежды, которые были изъяты у заключенного №7 после его смерти.

Я присутствовал в тот же день позже, когда г-н Кин открыл запечатанный конверт на заседании директоров в британском военном госпитале и среди предметов, содержащихся в нем, была записка, написанная самим заключенным на оборотной стороне письма, полученного им ранее. Эта записка была адресована его семье через директоров и говорила о его намерениях покончить с собой.

Затем я изучил записи заключенного и могу констатировать, что "Предсмертная записка" была написана на обратной стороне первой страницы машинописного письма из двух страниц от Андреа Гесс, его невестки и жены Вольфа Рюдигера Гесса, чье имя и домашний адрес напечатаны в начале листа. Письмодатировано 20.07.1987".

Первый лист показаний британского директора тюрьмы Шпандау г-на Ле Тиссьера, на котором излагается "официальная" версия вида предсмертной записки заключенного №7

Второй лист показаний г-на Ле Тиссьера

Как я уже отмечал выше, определение "записка на обороте машинописного письма" у Ле Тиссьера существенно отличается от "письма из одной страницы на обычной белой бумаге", которое изъял из карманов одежды заключенного №7 начальник британского военного госпиталя полковник Хамер-Филип. Или уважаемый британский медик что-то просмотрел в листе обычной бумаги? Не думаю.

Таким образом, анализ опубликованных на сайте правительства Великобритании материалов расследования, проведенного Королевской военной полицией в Межсоюзной тюрьме Шпандау в 1987 году по факту самоубийства заключенного №7 Рудольфа Гесса, свидетельствует, что:

Выдаваемое за предсмертную записку заключенного №7 послание, написанное на обратной стороне первой страницы машинописного письма, полученного заключенным №7 от его невестки Андреа Гесс и датированного 20.07.1987, не является запиской, найденной в карманах заключенного №7 после его смерти в Британском военном госпитале в Западном Берлине 17.08.1987.

Пришло время внимательно посмотреть на письмо, выдаваемое за "предсмертную записку" заключенного №7 и находящееся в приложении А заключительного доклада полиции от 11.09.1987.

Письмо, официально считающееся "предсмертной запиской" Рудольфа Гесса

Печатный вариант текста записки. В перепечатанном тексте содержится ряд опечаток. Кроме того, на печатной машинке следователей стоял только английский шрифт, поэтому характерные буквы немецкого алфавита им пришлось дорабатывать вручную или заменять с ошибками.

Перевод записки на английский язык. Отдельные моменты из немецкого текста просто опущены.

Просьба к директорам переслать это домой.

Написано за несколько минут до моей смерти.

Я благодарю вас всех мои любимые за всё, что вы для меня любезно сделали.

Скажите Фрайбург, это доставляло мне чрезвычайное сожаление, что я вынужден был поступать на Нюрнбергском процессе так, как будто я не знал её. Мне не оставалось ничего другого, в противном случае были бы невозможны все попытки обрести свободу.

Я был так рад увидеть её снова, я ведь получал фотографии её и вас всех.

Ваш Большой.

Перевод записки на русский язык

Упоминаемая в записке госпожа Фрайбург — бывшая секретарь Гесса. В 1941 году, во время подготовки Гесса к полету в Великобританию, она, в частности, составляла для него ежедневные сводки погоды над Северным морем. На Нюрнбергском процессе Гесс, симулируя потерю памяти, не признал бывшую секретаршу, вызванную в суд в качестве свидетеля. Такой поступок уважаемого бывшего шефа привел женщину в замешательство и она расплакалась на глазах у всех. Эти слезы много лет в последствии терзали душу Гесса. И на самой первой встрече с родными в декабре 1969 года, после многих лет добровольных отказов от свиданий, Гесс попросил жену передать его извинения бывшей секретарше за случай в Нюрнберге. Но с тех пор прошло почти 20 лет! Зачем снова вспоминать об этом?

Сын Рудольфа Гесса Вольф-Рюдигер Гесс считал, что записка является подделкой, скопированной на обороте недавнего письма. Текст, вероятно, был написан в 1969-1970 годах, когда заключенный был тяжело болен и жизнь его висела на волоске. По мнению сына, записка осталась у директоров тюрьмы и не была передана семье своевременно. Косвенно на это указывают еще ряд факторов: отсутствие даты, что не характерно для Гесса; подпись "Ваш Большой" уже много лет в переписке с семьей заменена подписью "Ваш"; отсутствие упоминания о внуках.

Как мы помним из показаний британского директора МТШ г-на Ле Тиссьера, записка была извлечена из конверта с вещами заключенного в присутствии всех директоров Шпандау вечером 17 августа 1987 г. Действительно, в протоколе заседаний директоров МТШ от 17.08.1987, начавшегося в 19.55, говорится о вскрытии конверта с вещами и указывается, что кроме платков, очков и ручек там содержалось "одно письмо". Не более того. Ни о какой предсмертной записке речь не идет. А ведь все директора владели немецким языком, рядом еще присутствовали переводчики, и определить важность документа не составляло труда. Определили, но не занесли в протокол? Тогда, кто настоял на таком варианте? Ведь любое решение в МТШ принималось только при единогласном мнении директоров.

Однако в протоколе следующего заседания директоров, начавшегося 18 августа 1987 г. в 12.30, речь уже идет об оставленной перед самоубийством записке, написанной на обороте письма невестки. На заседании директора обсуждали сообщение для прессы по поводу смерти заключенного №7. Предлагаемые формулировки не устроили исполняющего обязанности советского директора МТШ А.Колодникова. Он взял время для консультаций с руководством и повторное в тот день внеочередное заседание директоров началось в 18.55. На этом заседании было принято решение исключить из пресс-релиза слова: "Записка была найдена в его кармане". Почему советский директор возражал против этой фразы? Почему остальные директора согласились с его мнением?

Копия протокола заседания директоров МТШ, начавшегося в 18.55 18 августа 1987 г. По обыкновению, протоколы подписывались на следующем заседании директоров, после их чистовой подготовки секретарями и проверки переводчиками. Поэтому протокол от 18 августа подписан всеми директорами 20 августа 1987 г.

А теперь снова вернемся к дню поступления заключенного №7 в британский военный госпиталь и вспомним показания полковника Хамер-Филипа, что при упаковке конверта присутствовал советский военный врач, наблюдавший Гесса в МТШ. Бывший советский военный врач подполковник Федор Козликов (Украина, Киев), работавший в тюрьме Шпандау в 1985-1987 годах в интервью газете "Сегодня.UA" 17 августа 2007 г. вспоминая события 20-летней давности в британском военном госпитале в Западном Берлине сказал: "По прибытию других врачей из карманов под опись и росписи присутствующих было изъято содержимое карманов умершего, в том числе записка. В ней Гесс благодарил врачей и надзирателей за проявленные к нему внимание и заботу. После этого тело поместили в камеру-холодильник секционной комнаты госпиталя".

Конечно, Козликов не знал немецкого языка и не мог сам прочитать содержимое записки. Но немецким языком владели его коллеги — союзные врачи и, вероятно, текст записки обсуждался в их среде после общего сбора. В любом случае, это была лишь сама записка, но не послание на оборотной стороне машинописного письма.

Все вышесказанное еще раз подтверждает, что:

Выдаваемое за предсмертную записку заключенного №7 послание, написанное на обратной стороне первой страницы машинописного письма, полученного заключенным №7 от его невестки Андреа Гесс и датированного 20.07.1987, не является запиской, найденной в карманах заключенного №7 после его смерти в Британском военном госпитале в Западном Берлине 17.08.1987.

Начало у spandau_prisonв "Зачем фальсифицировали расследование в Шпандау? Вступление".

Свидетельство о смерти Рудольфа (Вальтера Ричарда) Гесса

В предыдущих частях публикации мы доказали, что в материалах расследования британской Королевской военной полиции по факту смерти заключенного №7 - Рудольфа Гесса имеются, как минимум, следующие фальсификации:

1. Показания французского надзирателя Межсоюзной тюрьмы Шпандау, который 17 августа 1987 г. должен был находиться рядом с заключенным №7 в британском военном госпитале при извлечении личных вещей из одежды покойного, подменены ничего не значащими показаниями другого надзирателя.

2. Показания английского специалиста-почерковеда, проводившего исследование "предсмертной записки", фальсифицированы.

3. Записка, официально объявленная "предсмертной запиской Рудольфа Гесса", не является запиской, извлеченной из карманов заключенного №7 после его смерти.

При наличии такой доказательной базы можно в очередной раз громко заявлять на весь мир, что раз в материалах расследования есть фальсифицированные документы и сама "предсмертная записка" — подделка, то Рудольфа Гесса убили сотрудники специальных служб одной из заинтересованных стран.

Однако не будем торопиться с выводами. В заключении следствия однозначно говорится, что 17 августа 1987 г. в Шпандау произошло самоубийство. Приведу данный абзац полицейского доклада целиком:

"15. Несмотря на возраст заключенного, данные на сегодняшний день показывают, что Рудольф Гесс - заключенный номер 7 заранее планировал покончить жизнь самоубийством. Хотя многие из надзирателей вспоминают, что видели электрический кабель в летнем доме, никто не подозревал, что такое устройство будет использоваться в качестве средства совершения самоубийства. Фактически кабель использовался временами в качестве удлинителя для двух ламп в летнем домике. Только сержант армии США 11 заметил кабель, привязанный к ручке окна, с начала дежурства в тюрьме 1 августа 1987 г. Ввиду того, что кабель остался на месте, что заключенный №7 своей рукой написал предсмертную записку, которая находилась при нем во второй половине дня 17 августа 1987 года и что вскоре после 14.30 в тот день он остался в одиночестве в летнем домике, следует, что он покончил жизнь самоубийством путем размещения электрического кабеля вокруг шеи и самоповешения. Никаких доказательств не было получено, которые бы указывали на обратное. Кроме того видно, что г-н 2 исполнял свои обязанности во второй половине 17 августа 1987 года в порядке, не отличающемся от многих других коллег надзирателей".

Выдержка из доклада полиции о констатации самоубийства

Сегодня не составляет никакого секрета, что указанный в докладе полиции "господин 2" — это американский надзиратель МТШ Джордан. Именно он находился рядом с заключенным №7 во время прогулки в саду в тот день. Именно он оставил заключенного одного в летнем домике, а затем обнаружил его с петлей на шее. Именно Джордан попросил помощи у американского часового, несшего дежурство на караульной вышке недалеко от садового домика, а тот передал просьбу по радиосвязи начальнику караула. Начальник караула прислал на помощь двух сержантов-медиков, входивших в состав караула. Именно их увидел прибывший через некоторое время санитар МТШ Абдалла Мелаоухи, впоследствии рассказавший о них всему миру как об убийцах Рудолфа Гесса в своей нашумевшей книге с интригующим названием "Я смотрел его убийцам в глаза!"

Но вернемся к фактам фальсификации материалов расследования и попытаемся ответить на вопрос: зачем это было нужно делать, если доказан факт самоубийства? Ответ на этот вопрос базируется только на личном опыте автора и до сегодняшнего дня не подкреплен какими-либо известными ему документами.

1. Подмена показаний французского надзирателя.

Французский надзиратель, проходящий в документах следствия как "господин 20", действительно отсутствовал 17 августа 1987 г. в британском военном госпитале и не ехал в машине скорой помощи вместе в заключенным №7. Машина скорой помощи выехала из МТШ примерно в 15.35, а смена надзирателей происходила в 16.00. То есть нового французского надзирателя еще не было в МТШ к моменту отъезда в британский военный госпиталь. Старый же французский надзиратель, который заканчивал смену, по каким-то причинам не поехал в госпиталь. В госпиталь поехал только новый американский надзиратель, который пришел на смену раньше срока с целью пораньше сменить Джордана, так как Джордан работал последний день перед отпуском и попросил товарища подменить его пораньше. Об этом говорится в показаниях нового американского надзирателя, обозначенного в документах следствия как "господин 8". К тому же в своих показаниях "господин 8", перечисляя ехавших с ним в машине скорой помощи, никак не упоминает "господина 20".

Таким образом, чтобы не выставлять в нехорошем свете французских надзирателей, кто-то из руководства Бюро специальных расследований британской Королевской военной полиции принял решение подменить показания французского надзирателя на показания одного из советских надзирателей, отсутствовавших в тот день в Шпандау. Скорее всего, это было сделано по просьбе французской стороны.

2. Фальсификация показаний английского специалиста-почерковеда.

Британские следователи только рекомендовали дирекции Межсоюзной тюрьмы Шпандау провести экспертизу предсмертной записки Рудольфа Гесса. Но сами следователи никакой экспертизы не проводили. Поэтому эксперта выбирала дирекция МТШ. Экспертиза проводилась британским экспертом на территории Шпандау в присутствии двух директоров тюрьмы, следователи при этом не присутствовали. Поэтому и протокол опроса эксперта был составлен там же без участия следователей. Соответственно до того момента, как данный протокол был приобщен к материалам следствия, в него могли быть внесены любые изменения кем-то, даже не относящимся к следственным работникам. Именно поэтому, сами не веря в правоту данного документа, британские следователи не стали заверять своей подписью показания этого сомнительного свидетеля — британского специалиста-почерковеда. Однако умело поданная через нужные средства массовой информации версия об однозначном доказательстве подлинности "предсмертной записки" путем проведения экспертизы осталась жить во всем мире на долгие годы. А может уже и навсегда.

Надо подчеркнуть, что официальным заказчиком расследования являлась сама дирекция МТШ и все оригиналы следственных документов направлялись ей. Других официальных лиц, заинтересованных в проведении расследования, в то время в мире не было.

Статья протокола полиции о направлении оригиналов документов дирекции МТШ

Поэтому следователи только подтвердили отсутствие криминальной составляющей в этом деле и официально объявили о суициде. Анализировать предсмертную записку, разбираться в мотивах самоубийства — это не входило в круг обязанностей следствия. И если доклад о расследовании удовлетворил заказчика, значит и работа сделана.

3. Подмена предсмертной записки.

У автора есть несколько версий, зачем потребовалось подменять предсмертную записку заключенного №7. Однако, это тема для отдельного большого разговора. .

Все вышеизложенное исследование говорит, что:

сотрудники британской Королевской военной полиции, как истинные джентльмены, идут на фальсификацию материалов проводимых ими расследований, если того требуют интересы Великобритании или их кто-то об этом просит. Материалы расследования в тюрьме Шпандау в 1987 году это наглядно подтверждают.

В завершении данной публикации приведу несколько фотографий из уголовного дела по факту смерти заключенного №7 - Рудольфа Гесса, расследованного в 1987 году сотрудниками Бюро специальных расследований британской Королевской военной полиции.


Электрический кабель-удлинитель, на котором повесился Рудольф Гесс


Схема стены и окна садового домика, к ручке которого был привязан электрический кабель


Узел на ручке окна


Петля в нижней части кабеля, из которой извлекли заключенного №7


Садовый домик, в котором Рудольф Гесс покончил жизнь самоубийством (вид с дорожки)


Садовый домик (вид от тюремной стены)


Общая схема Межсоюзной тюрьмы Шпандау


Выдержка из заключительного доклада полиции, говорящая о том, что во второй половине дня пятницы 15 января 1988 года контроль над бывшей территорией Межсоюзной тюрьмы Шпандау в Западном Берлине перешел британским военным властям. МТШ полностью завершила свою миссию.

Источник: http://spandau-prison.livejournal.com/2538.html, http://spandau-prison.livejournal.com/2725.html, http://spandau-prison.livejournal.com/3048.html, http://spandau-prison.livejournal.com/3203.html, http://spandau-prison.livejournal.com/3494.html, http://spandau-prison.livejournal.com/3637.html, http://spandau-prison.livejournal.com/3906.html

 


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить