1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 (0 Голосов)

Однажды на своем семинаре я спросила слушателей: «Что вы чувствуете, когда вам говорят, что нужно де­лать? »

С самого детства каждому из нас дают бесчисленное множество непрошенных советов. Помните, как в дет­стве папа и мама говорили вам: «Ты слишком много гуляешь, надо больше читать книжки»? Попытайтесь вспомнить, что вы чувствовали при этом. Разве вы тут же бросались читать? Или говорили: «Спасибо, папоч­ка, я немедленно сажусь за книги!»? Скорее всего, вы испытывали чувство противоречия и обиды, и послед­нее, что вы собирались сделать в этот момент, это взять книгу и начать ее читать. Или припомните, как кто-то из друзей сказал вам что-то вроде: «Тебе надо заняться бегом, ты полнеешь». Или: «Тебе следует состричь эти ужасные дреды». Или: «Тебе надо бросать курить, ведь у тебя дети». Как вы реагировали на это? Помогли ли вам эти советы? Скорее всего, нет. Вот как реагировали на подобные «полезные советы» участвовавшие в моем семинаре слушатели.

Нэнси: Я улыбаюсь, но, конечно, не следую таким со­ветам.

Майк. Я испытываю гнев и обиду.

Дороти: Я занимаю оборонительную позицию, и мне не нравится это чувство.

Брайан: Я реагирую на них с сарказмом.

Джейн. Я чувствую себя уязвленной, обиженной и ос­корбленной и испытываю при этом гнев.

Уитни. Я не буду следовать советам тех, кого не каса­ется, что мне следует делать. Я буду испытывать чувство протеста.

Джордж. Я просто улыбнусь и проигнорирую совет.

Синтия. Я ненавижу, когда меня заставляют что-то де­лать, поэтому начинаю вести себя неуважительно по от­ношению к советчику.

Венди. Мне не хочется обижать кого-нибудь. Я постара­юсь сделать то, о чем меня просят, но затем замкнусь в себе и затаю обиду.

Сет: Мне хочется убить таких советчиков!

Карла. Я чувствую, как на меня накатывается депрес­сия, которая может продлиться достаточно долго.

Сэаг.Если кто-то считает, что я должен сделать что-то, я не буду этого делать, даже если я понимаю, что со­ветчик прав. Но при этом я буду буквально выходить из себя, сознавая, что не делаю то, что нужно делать.

Райан. Я испытываю чувство неполноценности и уни­жения.

Линда. Я чувствую, что мной пытаются манипулировать, и буду этому сопротивляться.

Как видите, если кто-то говорит, что он знает, как нам следует поступать, чаще всего мы чувствуем гнев и ис­пытываем огорчение. Мы ощущаем беспокойство и не­гатив, отвергаем советчиков и их советы. Мы чувствуем себя некомфортно, как будто на нас напали и обидели.

Именно так будут ощущать себя наши друзья и род­ственники, если мы будем советовать им употреблять больше сырой пищи. Точно так же и заявление одного из членов семьи о том, что он решил стать сыроедом, может стать пугающим известием для остальных. Тра­диционная приготовленная еда нам знакома и считается нормой; это то, что принято нашей культурой. Разве вы хотите, чтобы ваши близкие и любимые люди думали, что ими пытаются управлять, чтобы они чувствовали протест, негатив, отторжение и гнев? Но именно так они будут реагировать, если в один прекрасный день вы зая­вите им: «Я собираюсь стать сыроедом, так что не ешьте эту дрянь в моем присутствии! Меня тошнит от одного ее вида!»

Я советую вам поступить как раз наоборот. Решив стать сыроедом, поговорите со своей семьей. Объясните им: «Дорогие мои, мой шаг не затрагивает вас! Сыроеде­ние — это мой личный выбор. Я не прошу вас питаться сырой пищей, и мне абсолютно не будет мешать, если вы будете, как раньше, есть ваши любимые стейки. Я не пытаюсь изменить вас, я хочу измениться сам. Я не жду, что вы последуете моему примеру, заинтересуетесь или даже захотите попробовать то, что ем я». Поговорив таким образом с близкими, вы почувствуете, как они вздохнут с облегчением.

Иногда мы вызываем у своих близких чувство неловко­сти даже без слов. Некоторые способны не говоря ниче­го, выразить свое неодобрение взглядом. Например, уча­ствовавшая в одном из моих семинаров женщина как-то сказала мне: «Моя семья сердится на меня за сыроеде­ние, хотя я никого не заставляю есть сырую пищу. Муж уже 30 лет вегетарианец, сыну 12 лет. Они всегда просят меня готовить еду. Когда я готовлю для них, я нарушаю сырую диету. Я не чувствую их поддержки».

Я ей ответила: «Наверное, вы неосознанно делаете что-то, что их раздражает. Понаблюдайте за собой и попытайтесь определить, что именно. Не смотрите на других. Поста­райтесь увидеть, что именно в вашем поведении вызыва­ет протест вашей семьи».

Через неделю она пришла на занятия и сказала мне: «Я действительно поймала себя на том, что отпускала в адрес родных шпильки в достаточно деликатные момен­ты. Я говорила что-то обидное или демонстрировала свое отвращение или расстройство. Всего за неделю я измени­ла свое отношение к близким, а они, в свою очередь, — ко мне. Когда я стала принимать их такими, как есть, они стали принимать меня. Теперь муж по утрам делает для меня сок, и даже приносит его в постель. Он говорит мне: ’’Дорогая, я хочу, чтобы ты оставалась на сыроедной дие­те”. Внезапно мой дом превратился в мирное место, а мой сын охотно пробует все, что я готовлю».

Я зарабатываю на жизнь, обучая людей сыроедению, и уже много лет полностью придерживаюсь сыроедче- ской диеты. Двадцать лет назад, когда я еще придержи­валась традиционного питания, у меня был друг — сыро- ед. Помню, какую досаду у меня вызывали отпускаемые им комментарии. Однажды мой старший сын Степан, попал в больницу, ему должны были делать несложную операцию, и мой друг критиковал меня за то, что я до­пустила это. Сейчас мне стыдно, когда я вспоминаю, как я сердилась на друга за его советы. Тогда я еще не была готова.

Еще один пример — моя подруга из Денвера Тина. У нее была серъезная проблема со здоровьем. Много месяцев ей приходилось посещать больницу для чрезвычайно болезненных процедур. Когда мы зашли к ней в гости, она заинтересовалась тем, что мы с Игорем едим. Она спросила: «Можете показать мне, как готовить эту еду? Я интересуюсь, потому что через 2 недели мне предстоит операция (колостомия), которой мне хотелось бы избе­жать». Буквально через несколько дней она почувство­вала себя лучше, и операция не состоялась. Тина поняла, что для нее существуют два пути: сырая пища, отмена операции, жизнь и здоровье или приготовленная пища, операция и, возможно, смерть. Тина выбрала жизнь. Когда мы были у нее в гостях, ее четверо детей ели толь­ко неполноценную готовую пищу, муж с удовольствием употреблял водку, ел не только стейки и свиные отбив­ные, но и сало. Тина не сказала своей семье, что собира­ется стать сыроедом. Она продолжала готовить им все, что готовила раньше. Она сказала: «Я хочу, чтобы все было спокойно». Я согласилась с ней: «Даже не упоми­най об этом. Не раздражай их. Пусть они просто оставят тебя в покое. Скажи им, что от них ничего не требует­ся» . Тина даже не сказала им, что решила изменить свое питание.

Прошел год. Мы проезжали Денвер и заехали к ним. Я увидела, что муж Тины, Сэм, разительно изменил­ся. Я спросила: «Сэм, что происходит? Ты изменился». «Месяц назад я полностью перешел на сыроедную диету. Дети теперь тоже сыроеды», — ответил он с улыбкой.

Я была в шоке: «Что произошло?».

Сэм поведал мне, почему он стал сыроедом. Однажды, примерно месяц назад, он заехал за Тиной на работу. Поскольку он приехал чуть раньше, он устроился не­подалеку от ее рабочего места. И вдруг он заметил, как прекрасна его жена. Он видел, как с ней флиртуют кли­енты, и посмотрел на нее совсем другими глазами. Те­перь он увидел, какой здоровой, сексуальной и привле­кательной она стала. Внезапно он почувствовал, что не соответствует ей. Как он сказал: «Я ринулся в туалет и посмотрел на себя в зеркало. Я увидел мешки под гла­зами, покрасневшее лицо и торчащие седые волосы. Я расстегнул рубашку и посмотрел на прыщи, высыпав­шие по всей на груди. И я подумал: „Кто же будет с та­ким флиртовать?”. Как сказал мне Сэм, он понял, что Тина становится крепче и хорошеет, а он просто стареет. И Сэм решил переменить свою жизнь, чтобы не отставать от жены. По пути домой он попросил жену помочь ему стать таким же сыроедом, как она.

Тина была счастлива помочь мужу. Она рассказала мне, что дети тоже захотели есть сырую пищу, как только Сэм перешел на сыроедную диету! Дочь постройнела, по­хорошела и сейчас проходит отбор в местный театр. Все в жизни этой семьи чудесным образом преобразилось. Тина сказала, что она почувствовала призыв Бога, и в ее жизни начали происходить такие вещи, о которых она раньше и не мечтала. Тина оказалась очень мудрой жен­щиной. Она не читала своей семье проповедей о пользе сыроедения. Она просто готовила себе сырые блюда и ела их, не ожидая какой-либо реакции от своих близких. Ее организм начал выздоравливать, и семья заметила эти перемены. Именно ее наглядный пример убедил близ­ких последовать за ней.

Я могу припомнить много подобных случаев, свидетель­ствующих, как важно жить в мире с приверженцами тра­диционной диеты. Непонимание этого может привести к разрушению окружающего нас мира и превращению его в поле битвы. Мы можем начать раздражать людей своей сырой пищей. И наоборот, мы можем сделать свой сознательный выбор и жить в мире с окружающими. Тогда действительно могут происходить чудеса. Мы не имеем права управлять другими людьми. Мы не имеем права ждать перемен от других людей, если они к этим переменам не готовы. Наоборот, наш долг — разъяснять людям, что мы не ждем от них изменений.

Это не означает, что отменяются семейные обеды. По­чему бы не проводить их? Вы всегда можете сказать своему супругу: «Дорогой, почему бы нам не устроить семейный обед? У тебя будут твои любимые свиные от­бивные, у меня — фаршированный перец. Поговорим о прошедшем дне, да и просто побудем друг с другом». В конце концов, семья строится на любви, а не на еде. Когда наши любимые будут знать, что мы ничего не ждем от них, они расслабятся, общаясь с нами. Они бу­дут поддерживать нас, не чувствую давления с нашей стороны. Мы сделали свой выбор, имея на то серьезные причины. Это правильный выбор для нас, но это вовсе не значит, что он может оказаться правильным выбором для всех остальных.

Однако когда я перешла на сыроедную диету, я посту­пила не так, как сейчас советую вам, а совсем наоборот.

Я уговаривала всех перейти на сыроедение. Одно время я преследовала тучных покупательниц в супермаркетах ва/еігаї/, пытаясь объяснить им, как можно легко сбро­сить вес. Меня привели в такой восторг происходящие со здоровьем моей семьи перемены, что я буквально «со­шла с ума». Я нажила множество врагов до того, как су­мела понять, что люди должны сами находить свой путь и самостоятельно принимать решения.

Если мы уважаем права других людей, то можем и про­сить о поддержке наших близких. Нужно просто быть искренними и не боятся сказать им: «Мои дорогие, по­жалуйста, помогите мне. Мне нужна поддержка. Я дол­жен есть сырую пищу, потому что это необходимо для моего здоровья. Когда я ем готовую пищу, я чувствую себя так, как будто рассыпаюсь на части. Когда же я ем сырую пищу, я чувствую, как энергия наполняет меня, и моя любовь к вам усиливается. Пожалуйста, помогите мне. Мне не нужно, чтобы вы стали сыроедами. У меня есть идея: вместо того, чтобы покупать мне по воскре­сеньям шоколад, купите мне спелое манго или любой другой экзотический фрукт — это доставит мне огром­ное удовольствие. Я так ценю вашу заботу. Мне очень поможет, если вы будете хранить стоящее сейчас на сто­ле в комнате печенье в недоступном для меня месте, что­бы я не съел его в момент слабости. Я очень благодарен вам за поддержку».

Не бойтесь показать свою уязвимость, сказав своей семье и близким друзьям: «Послушайте, мне нужна ваша помощь. Для меня и моего здоровья очень важно перейти сейчас на сыроедение. Я не смогу сделать это без вашей помощи. Поддержите меня, не предлагайте мне готовую пищу. Вы можете есть абсолютно все, что хотите, но не предлагайте этого мне, пожалуйста». Попросить о под­держке — это не то же самое, что советовать родственни­кам и друзьям стать сыроедами. Людям нравиться под­держивать близких, потому что обычно в наших семьях и в отношениях с друзьями царит любовь.

Вот хороший тому пример. Когда Милли поставили ди­агноз « рак груди », она перешла на сыроедную диету. Вся ее семья (три взрослых сына и муж) были настроены про­тив, и просто ненавидели слово «сырой». Затем Милли приняла участие в семинаре «12 шагов к сыроедению». Помня о «шаге 4», она проанализировала и перестроила свои отношения с семьей. Через несколько недель после семинара я получила от нее письмо по электронной поч­те. Она писала: «Мой муж все больше гордится мной! Все складывается чудесно. Моя семья теперь понимает, что мне нужна ее поддержка». Она объяснила своим близ­ким, что ей нужна их поддержка для победы над раком; а поскольку она не требовала, чтобы они тоже ели сы­рую пищу, то они не ощущали давления. В то же время они были рады оказать ей любую посильную помощь.

Как бы нам ни хотелось, чтобы остальные члены нашей семьи ощутили на себе пользу сыроедения, мы можем управлять только одним человеком — самим собой. Мы не имеем права понуждать к чему-либо детей или роди­телей, даже если они умирают от рака. Я сама получила такой урок, когда моя мама умирала от рака кости и я отправилась в долгий путь в Россию, чтобы перевести ее на сыроедную диету и этим спасти. Я трудилась неисто­во, ежедневно покупая на рынке овощи и целыми днями выжимая из них свежий сок. На третий день, когда я от­правилась на рынок, мама шепнула брату: «Сынок, сде­лай мне яичницу. Я очень хочу есть!» Когда я вернулась, в маминой комнате витал запах яичницы. Брат сказал мне: «Я не хочу тебя обманывать. Это мама попросила приготовить ее». И в этот момент я осознала, насколь­ко жестоко с моей стороны было диктовать свою волю моей бедной маме. Если она не была еще готова к сы- роедной диете, то моя настойчивость только заставляла ее страдать еще больше. Мы уже обсуждали выше, как себя чувствуем, когда нас пытаются заставить делать то, к чему мы не готовы.

Один мой знакомый молодой человек из Сиэтла расска­зал мне, как он жалел свою маму, страдавшую от очень сильных болей. Он сказал, что они с мамой были самыми близкими в мире друзьями. Он признался мне: «Я очень хочу, чтобы она перешла на сыроедную диету и ей боль­ше не пришлось бы страдать».

Я спросила его: «А вы знаете, что можете заставить ее страдать еще сильнее, если она будет чувствовать, что не оправдывает ваших ожиданий? »

«Я никогда не думал об этом», — ответил он. Обдумав ситуацию, он пришел домой и сказал маме: «Ты знаешь, я не огорчусь, если ты не попробуешь ту диету, которую я предлагаю». Через несколько дней он позвонил мне и сказал: «Случилось чудо — мама хочет попробовать ту еду, которую я ей приготовил!»

Если людей не заставляют менять их диету, не контро­лируют и не осуждают их рацион, часто они внезапно сами приходят к желанию улучшить свое питание. Если мы научимся жить в мире с людьми, питающимися го­товой едой, то, скорее всего, будем встречать поддержку вместо сопротивления.

Я встречала людей, которые агитировали других за сы­роедение, хотя сами еще даже не пробовали этой дие­ты, — как, например, Линда. Посетив всего одно занятие по сыроедению, она потребовала, чтобы ее друг Джим стал сыроедом. На следующем занятии она пожаловалась, что Джим не поддерживает ее. Каким-то образом ей удалось затащить Джима на мое последнее занятие. К этому времени у него развились такое сильное преду­беждение и сопротивление идее сыроедного питания, что он просто забился в дальний угол классной комнаты. Од­нако, прослушав лекцию, Джим очень заинтересовался. Два месяца спустя Джим позвонил мне и сообщил, что он уже 2 месяца придерживается сыроедной диеты, а Линда посчитала, что это слишком сложно, и вернулась к традиционному питанию. По иронии судьбы, Джим стал встречаться с другой женщиной, которую встретил на сыроедном обеде.

Когда вы готовите для себя ланч или обед, который пла­нируете съесть в кругу семьи, не допускайте того, чтобы ваше блюдо состояло лишь из горсти ростков. Это может вызвать у ваших близких жалость к вам, они будут счи­тать, что вы лишаете себя многих удовольствий. При­готовьте себе красиво оформленное деликатесное блюдо. Впоследствии ваши близкие, привлеченные аппетитным видом блюда, захотят сами попробовать то, что вы при­готовили. И не исключено, что, попробовав ваше творче­ство, они скажут: «А ведь неплохо!»

Ну а как быть с детьми, которым нужно готовить еду? Зачастую мы уже сами приучили своих детей к готовой еде, поэтому должны быть терпимы к ним. В некоторых случаях лучше всего постепенно увеличивать долю сы­рых продуктов в их рационе. Я советую вам всегда иметь под рукой фрукты и овощи, чтобы перекусить в случае необходимости. Научитесь делать из сырых продуктов мороженое, ореховое молоко и коктейли из него, разные другие коктейли, «живые» конфеты и торты и разные другие «вкусности», которые любят дети. Наглядно покажите детям, что сырая пища может быть действи­тельно вкусной. Предложите им приготовить что-ни­будь вместе с вами. Купите им на распродаже недорогой блендер. Но самое главное — вы должны быть им при­мером, ни в коем случае не создавая ажиотажа вокруг сырых блюд. Помните: дети учатся, наблюдая за теми, кто рядом с ними. И пусть, садясь за стол, они чувству­ют окружающую их атмосферу гармонии и любви.

Меня часто спрашивают, как не обидеть родных, ис­кренне стремящихся проявить свою любовь, вкусно угостив нас. Отказ от угощения может быть воспринят как дистанцирование и неуважение к ним. Отвечая на эти вопросы, я говорю: «На следующую нашу встречу я принесу бутылку водки, и если вы тут же не выпьете ее вместе со мной за мое здоровье, вы выкажете свое неува­жение мне как русской». Я думаю, что в такой ситуации большинство из вас без труда найдет способ отклонить мое предложение, не обидев и не проявив неуважения ко мне. Если вы все еще испытываете сомнения в том, как следует поступать в таких случаях, вот еще несколь­ко советов, как можно сказать «нет», никого при этом не обидев.

Если нам предлагают угощение, проявляя свою любовь и симпатию, то даже простая демонстрация того, как искренне и высоко мы ценим их заботу, доставит им ог­ромную радость. В соответствии с замечательной систе­мой, которая называется «Процесс ненасильственного общения»[1], лучший способ продемонстрировать то, как мы ценим тот или иной поступок — выразить нашу ис­креннюю благодарность и описать чувства, испытывае­мые нами в данный момент.

Например, тетя Джона принесла ему яблочный пирог, который всегда был его любимым десертом. Она сама приготовила его. Ниже приведены два возможных сце­нария дальнейшего развития событий.

Сценарий 1

Джон: «Что это? Нет, я не могу это есть! Он испечен и напичкан сахаром. Вы разве не знали, что я больше не ем такую пищу?! Те, кто такое едят, вечно болеют. По­чему? Потому, что испеченное тесто забивает им кишки. Это все равно, что есть клей. Я не хочу вас обидеть, но и не могу вас обманывать. Тетушка, почему вы плаче­те?»

Сценарий 2

Джон: «Что это, тетушка? О, да это ваш знаменитый яблочный пирог! Я так тронут вашей заботой, вы так любите меня! Вы потратили столько времени и денег, чтобы побаловать меня! Я так горд, что вы сделали это специально для меня. Огромное вам спасибо! Заходите, садитесь, мне просто не терпится обсудить с вами пе­ремены в моем питании, которые произошли совсем не­давно. Я чувствую, как буквально наполняюсь энергией. Так что если вам понадобится помощь в саду, я теперь могу горы свернуть! Хотите попробовать миндального молока? Я так рад, что вы зашли ко мне».

 

Если разговор по первому сценарию оставит горький осадок в душах обоих собеседников, то второй сцена­рий позволяет Джону тактично объяснить тете мотивы своих действий, не огорчая ее. А поскольку стремле­ние тети Джона угостить его любимым лакомством не­сомненно свидетельствует о ее любви к нему, ей будет приятно узнать о положительных переменах, происхо­дящих в жизни племянника. Когда я, навещая в России своих родственников, отказывалась от традиционных русских блюд, которыми меня угощали, принимавшие меня хозяева сначала обижались, но когда они понима­ли, насколько сырая еда важна для меня и моего здоро­вья, это чувство у них проходило. Я показывала им свои фотографии до того, как занялась сыроедением. И они соглашались, что после перехода на «кроличий раци­он», как они это назвали, я стала выглядеть лучше.

Они даже не подозревали, что я могу выглядеть так хоро­шо. Если в семье царит атмосфера любви, всегда можно найти нужные слова, чтобы объяснить свою позицию и быть услышанным. Человеческие существа по природе своей любопытны, поэтому их легко вдохновить на что- то новое. Я заметила, что людям доставляет удовольст­вие самостоятельно находить ответы на возникающие у них вопросы. Поэтому зачастую самый лучший способ помочь кому-то — разбудить его любопытство. В конце концов, мы не можем изменить окружающих. Я могу изменить только себя. Но при этом моя власть над собой безгранична, так же как и безграничны возможности моего самосовершенствования. Если каждый из нас бу­дет улучшать себя, вместе мы изменим наш мир.

Приобретение оборудования и выработка навыков

Подготовка организма к преодолению вредных пристрастий в еде

Советов М.В. Трудности перехода на сыроедение

 


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить